Сначала — возможность жить на земле
В XVI веке московское правительство стремилось закрепиться на южном пограничье. Крымские и ногайские отряды могли пройти между городами, разорить поселения, увести людей в плен. Даже уцелевшая крепость не спасала хозяйство, если за её воротами нельзя было убрать урожай.12028
В 1645 году жители воронежских сёл просили построить крепость на Усмани. В челобитной они жаловались, что посевы оставались на полях, а работать было опасно.20
Голос документа«и хлеба сеять не дают»
У государства и будущих жителей крепостных городов были связанные интересы. Москва получала гарнизоны, наблюдение за дорогами и возможность закрепиться дальше к югу. Переселенцам и служилым людям требовались вода, пашни, сенокосы и убежище. Укреплённые пункты также обеспечивали движение послов и грузов: у Ливен строили струги, которые шли к Воронежу и далее по Дону.420
География подсказывала места строительства. Река давала воду и транспортный путь, крутой берег помогал обороне, а брод собирал движение в одном месте. Но стенами города невозможно закрыть весь бассейн Дона. Между крепостями требовались наблюдатели и конные разъезды.1
Кто принимал решение и кого посылали строить
Донков, как прежде писали название нынешнего Данкова, появился в этой сети раньше Ельца. При Иване IV разрядная запись под 1568 годом перечисляет отправленных на строительство воевод. Из Пронска шли князь Владимир Курлятев и Григорий Сидоров, из Михайлова князь Борис Серебряный и Юрий Булгаков-Денисьев.2
Голос документа«уходили воеводы в Донков город ставить»
Первую площадку связывают со Старым Донковом у нынешнего Стрешнева, примерно в тридцати километрах севернее современного Данкова. Поэтому на карте у города две точки: его местоположение менялось. Дата 1568 относится к старой крепости.2
При Фёдоре Ивановиче правительство продвинуло строительство дальше. Запись от 1 марта 1586 года о переустройстве сторожевой службы упоминает распоряжение поставить два города, на Сосне и на Воронеже. Документ связывает строительство Ливен и Воронежа с организацией службы, но точной даты начала работ не сообщает.327
Голос документа«Да государь царь и великий князь Федор Иванович всеа Руси указал на Поле городы ставить.»
Воронеж строил воевода Семён Фёдорович Сабуров; с ним были головы Василий Биркин и Иван Судаков-Мясной. Ливенское строительство связывается с князем Владимиром Васильевичем Кольцовым-Мосальским и головой Лукьяном Хрущовым. Воевода отвечал за поручение в целом; голова командовал выделенными служилыми людьми.32728
Общепринятая дата основания обоих городов, Ливен и Воронежа, приходится на 1586 год. Для Воронежа исследователи рассматривают подготовку уже в 1585-м.3

Царское поручение, плотницкая работа
Елец конца XVI века — восстановленный пограничный город на месте древнего поселения. Работы разворачивались на рубеже 1591–1592 годов. Ими руководили князь Андрей Дмитриевич Звенигородский и голова Иван Никитич Мясной. Их имена есть и в росписи елецких сторож, отправленной в Москву 29 июля 1592 года: строящийся город уже включали в действующую систему наблюдения.127
Городовой мастер Илья Катеринин руководил специальными работами; с ним работали плотники из Дедилова. Для тяжёлого труда привлекали посошных людей, крестьян, обязанных явиться на государственные работы. После их ухода стройку продолжали служилые люди и казаки.6
Не хватало и мастеров. Из музейной публикации переписки Ивана Мясного известно о кузнеце Илейке Горбунове: он мог делать отдельные железные детали, но не справлялся со всеми оружейными работами; в январе 1593 года Мясной сообщал уже о его побеге. Отсутствие одного специалиста становилось проблемой для всего гарнизона.8
Голос документа«и бес плотников и бес кузнецов на Ельце быти нельзя»
В строительной переписке обсуждали поставки леса и железа, инструмент, продовольствие и жалованье. Воевода распределял людей между стройкой и службой, мастер руководил плотниками.168

Оборона начиналась далеко за воротами
Сторожа — небольшой наблюдательный пост с участком конных разъездов. Её назначение состояло в том, чтобы заметить движение противника и передать весть. В росписи, присланной из Ельца 29 июля 1592 года, перечислены девять таких постов. Документ напечатан в первом томе «Актов Московского государства» под № 36; здесь он проверен по скану издания 1890 года.27
Роспись показывает сеть совместной службы. У устья Тальца стояли шесть человек из Донкова, Епифани и Крапивны, к которым добавлялись двое ельчан. Под Котельским лесом должны были служить по шесть человек из Ливен, Воронежа и Ельца. У каждого поста названы направления разъездов. Участки связывались местами встреч соседних дозоров: например, елецкие сторожа у Воргла должны были сходиться с радушкинскими.27
Военные распоряжения требовали согласовывать разъезды соседних постов, чтобы между ними не оставалось участков без наблюдения.1
Схема «Сторожи в 1594 году в Елецком крае», приписываемая Ф. Ф. Рудневу и датируемая 1947 годом, помогает представить эту систему. Но это поздняя историческая реконструкция. Её условные изгибы рек, лесные массивы и деление на «стороны» нельзя автоматически превращать в точные координаты, границы или линии укреплений. Происхождение фотографии и атрибуция даны по сведениям, сопровождавшим фотографию.29
Роспись составлена в 1592 году, а в названии схемы указан 1594-й. Без пояснительной записки Руднева нельзя уверенно сказать, какую редакцию сведений он использовал. На современной карте показан состав сторож по росписи 1592 года; схема 1947 года помещена рядом для сопоставления. Наличие поста в росписи не устанавливает год его основания.2729
На географической карте нанесены четыре приблизительные привязки: устья Воргола, Большой Чернавы и Пальны, а также район современной Талицы. Остальные пять постов перечислены ниже: пока их положения недостаточно надёжны для отдельного значка. Номер на карте соответствует номеру в росписи, а пунктирный круг обозначает приблизительность места.
Все девять сторож по росписи 1592 года
- 1. Устье Воргла4 ельчанина
Отсюда разъезд шёл вверх по Сосне до Волчьего брода, к встрече с радушкинскими сторожами.
Ориентир — современное устье Воргола. Точная площадка поста и русло XVI века не установлены.
- 2. Под Радушкиным лесом8 из Ливен, Донкова и Епифани + 2 из Ельца
Роспись указывает 20 вёрст вверх по Сосне от Ельца. Направления: Волчий брод и участок за Есенком у Колодезя.
Локализация уточняется; географическая точка не нанесена.
- 3. Устье Чернавы12 из пяти городов + 2 из Ельца
Совместный пост Ливен, Крапивны, Дедилова, Мценска, Новосиля и Ельца.
Приблизительная привязка к современному устью Большой Чернавы. Не площадка стен позднейшего Чернавска.
- 4. Верх Воргольского леса4 ельчанина
Пост на Новосильской дороге; в документе названы разъезды к Зеленковскому Приворотью и дороге к Радушкину лесу.
Локализация уточняется; географическая точка не нанесена.
- 5. Устье Полны4 ельчанина
Разъезд вниз по Сосне до устья Тальца. Историческое название в документе — «Полна»; современный ориентир — Пальна.
Ориентир — современное устье Пальны. Историческое тождество названия принято рабоче; точная площадка поста не установлена.
- 6. Устье Тальца6 из Донкова, Епифани и Крапивны + 2 из Ельца
Разъезд вниз по Сосне до Дона. Сопоставляется с районом позднейшего Талецкого острога.
Слабая пространственная привязка: район современного села Талица. Точное устье Тальца и место брода здесь не реконструированы.
- 7. Козья гора4 ельчанина
В росписи — за Сосной, примерно в трёх верстах вверх по реке от города; разъезд к Воронецкому броду и вверх по Воронцу.
Локализация уточняется; географическая точка не нанесена.
- 8. Верх Паниковца6 ельчан
В документе — около 40 вёрст за Сосной, в поле; разъезды к Мережу, Долгому Липягу и Снавам. Современное одноимённое село не принято автоматически за место поста.
Локализация уточняется; географическая точка не нанесена.
- 9. Под Котельским лесомпо 6 из Ливен, Воронежа и Ельца
Разъезды в сторону Потудани, Борков и Погорелого леса. Контур исторического леса и площадка поста требуют отдельной проверки.
Локализация уточняется; географическая точка не нанесена.
АМГ, т. I, № 36, с. 62–63. Названия в списке приведены в современной орфографии. Количество людей — по росписи, а не оценка всей сторожевой службы.


Города приходилось ставить заново
После Ельца число укреплённых пунктов продолжало расти. В 1590-х появились Белгород и Оскол; на карте используется распространённая дата 1596 с пояснением о дискуссии вокруг более ранних известий. Лебедянь документированно имела воеводу к осени 1613 года, а устройство Романова относится к 1614-му. Романов при этом отличался от обычного служилого города своим вотчинным управлением.9101112
Однако расширение сети не означало непрерывного улучшения безопасности. Смутное время и война разрывали уже налаженные связи. В 1618 году войско запорожского гетмана Петра Сагайдачного, шедшее на помощь королевичу Владиславу, разорило Ливны и Елец. Этот поход относится к войне за московский престол; его причины следует отличать от причин крымско-ногайских набегов.13
Восстановление заставляло заново оценивать место города. В Ельце воевода Григорий Валуев в 1619 году попробовал устроить укрепления на Аргамаче. Но скальный грунт затруднял устройство колодцев, а снабжение водой при осаде было решающим условием. В итоге город восстанавливали на прежнем месте.7
У Донкова история сложилась иначе. После разорения старого города осенью 1619 года было принято решение о новой площадке ниже по Дону, у Вязовни. Воевода Ф. Оладьин сначала укрепил уже существовавшую здесь слободу. Стрелка на карте соединяет две площадки; она показывает перенос города, а не известную нам дорогу переселения.2

От наблюдения за переправой — к её удержанию
В 1630-х годах особенно тяжёлые набеги вновь показали уязвимость верхнедонского пограничья. Одновременно Смоленская война требовала людей на западном направлении. Исследование Д. А. Ляпина связывает события 1631–1634 годов с усилением местной обороны и возникновением новых острогов.14
Для истории Ельца важны Талецк и Чернавск. В росписи конца XVI века уже есть сторожи у Тальца и Чернавы. В XVII столетии в этих районах появляются укреплённые пункты. Это преемственность направлений обороны; она не доказывает, что стены каждого нового острога стояли точно на площадке прежнего поста.1427
Ляпин относит строительство Талецкого острога ельчанами к 1633 году и называет его первым воеводой Петра Иудовича Красникова. В сетевой транскрипции документа 1636 года также говорится об устройстве и снабжении острога. На карте оставлено обозначение «1633–1636», объединяющее две датировки. Оно не означает, что строительство непрерывно шло все эти годы: связь между сообщениями требует сверки оригиналов.1415
Небольшой Чернавский острожек относят к середине 1620-х, а более значительное укрепление к 1636 году. В карточке Чернавска указан диапазон дат.14
На карте рядом с острогами XVII века показаны круги с номерами сторож из росписи 1592 года. Они позволяют сопоставить расположение постов и укреплений. Состав сторожевой службы к 1636 году мог измениться.
Елец отдавал людей будущим соседям
Дальше к востоку строились Козлов — с 1635 года — и Тамбов, основанный в 1636-м. Севернее Ельца в 1637 году Т. Безобразов возводил Ефремов. Новые пункты расширяли защищаемую территорию, но одновременно требовали гарнизонов, рабочих рук и продовольствия.1617
Воеводская переписка позволяет увидеть цену этого расширения для старого города. В 1639 году Фёдор Алябьев сообщал о плохом состоянии елецких укреплений и нехватке людей. Ельчан переводили в Козлов, Тамбов, Ефремов, Талецк и Чернавск; других отправляли на строительство Яблонова и Усерда. Обещанное пополнение ещё не закрывало потребностей Ельца.7
Набатный колокол был мал, и тревожный звон плохо слышали. В той же отписке Алябьев сообщал о ветшающих стенах, воде на случай осады и нехватке людей.7
Голос документа«в всполошное время звон слышен мало»
Защитить землю между городами
Белгородская черта соединяла города земляными валами, рвами, засеками и другими препятствиями с учётом местности и путей движения. Основной период её создания обычно относят к 1635-1658 годам, при Михаиле Фёдоровиче и Алексее Михайловиче. Отдельные участки строили в разное время.1821
При этом инициатива могла идти и снизу. Зимой 1644/1645 года представители воронежских сёл просили защитить их новым городом на Усмани. Среди челобитчиков названы Дмитрий Невзоров из Песковатого, Фёдор Лопатин и Семён Теребунский из Излегощи, Борис Сукочев из Ступина. Их просьба связывала безопасность с возможностью работать на земле.20
Строительство поручили воеводе Степану Михайловичу Вельяминову. Выбирая место, оценивали запас воды, доступность леса, пашен и сенокосов. Усмань построили в 1645 году; в 1647-м сеть пополнили Сокольск и Добрый.1920
Голос документа«и к пашне, и к сенным покосам угодное»
Укрепления между городами затрудняли проход конницы и давали время для сбора войск. На карте показаны отдельные города Белгородской черты. Трасса валов не нанесена: для неё нужна реконструкция каждого участка.1821
У сети не было единого дня завершения
Общая дата завершения Белгородской черты не отменяет последующих строек и перестроек. Острогожск возник в 1652 году; в том же десятилетии укрепляли уже существовавшие города, включая Романов. Белоколодск появился в 1663-м. На карте он привязан к району современных Пад по музейной публикации; точную площадку укреплений нужно рассматривать отдельно.122226
В историческом описании Воронежской губернии отмечено поселение двадцати солдат в Землянске в 1657 году. В. П. Загоровский относит устройство города-крепости к 1661-му.2324
В карточках и таблице после статьи указано, к какому событию относится дата: основанию поселения, строительству укреплений или восстановлению города.
Воронеж строит флот
Воронеж в 1696 году стал центром строительства флота для Азовского похода. Талецк и Чернавск позднее утратили городской статус и вошли в число сёл Елецкого уезда.525